Евгения Кривицкая

В Москве завершился Четвертый Международный конкурсов оперных артистов Галины Вишневской.

Конкурс проходит в четыре этапа. Вначале – предварительное отборочное прослушивание по видеозаписям; первый и второй туры проходят под аккомпанемент фортепиано, и конкурсант должен исполнить соответственно три и две оперные арии, одна из которых принадлежит перу русского композитора. В третьем туре – выступление с симфоническим оркестром. В жюри конкурса, возглавляемое Галиной Вишневской, вошли как певцы, так и руководители крупных театров и артистических агентств – Роберт Кернер, художественный руководитель Национальной оперы в Лионе, Кристина Маццавиллани Мути, президент Равеннского фестиваля в Италии, Стефано Маццонис, генеральный и художественный руководитель Валлонской Королевской Оперы в Льеже, Эммануэль Ондре, директор концертных программ зала Плейель и Cite de la Musique в Париже, Джошуа Уиногрэйд, художественный руководитель Лос-Анджелесской Оперы, Директор Академии молодых исполнителей Доминго-Торнтон и другие.
После награждения победителей Галина Павловна Вишневская дала эксклюзивное интервью газете «Культура».

культура: Было подано около 200 заявок, но процент западных певцов очень небольшой. Чем Вы это объясните?
Вишневская: На каждом туре конкурса надо петь русский репертуар. Для иностранцев – это проблема: сложный язык, неизвестная музыка. В дальнейшем эти арии могут им никогда не пригодиться в жизни, а тратить времени на изучение приходится много. Но малочисленность иностранцев на конкурсе меня не тревожит. Считаю, что мы должны заниматься русскими певцами. Не оставлять их на произвол судьбы после консерваторий, которые они формально  оканчивают, но фактически петь не могут. Молодежь рвется за границу, но без хорошей подготовки их туда никто не возьмет. Я советую: поезжайте в провинциальные российские театры, сделайте репертуар, наберитесь опыта. Когда получите творческий багаж, только тогда пытайтесь куда-то показываться. Но вообще, нам надо готовить артистов для себя, создавать им условия для работы в России, чтобы их искусством наслаждалась русская публика.
По ходу нынешнего конкурса мне пришла идея провести международный конкурс со специальной программой, составленной  только из отечественных опер. У Римского-Корсакова, Чайковского – сколько опер, какие разноплановые партии! Любой голос – лирические тенора, драматические сопрано, контральто – сможет прекрасно  показать себя.

культура: Вы довольны результатами этого года? Что можете сказать о победителях?
Вишневская: Дошел до финала тот, кто сумел стабильно выступить на всех этапах состязания. Были и разочарования. Например, к нам приехала Ольга Бусуеч из Молдовы, получившая прошлым летом вторую премию на «Опералии» Пласидо Доминого. Там она мне очень понравилась, но у нас выступила крайне неудачно: певицу словно подменили. Это мне показалось удивительным, ведь Ольга – ученица Миреллы Френи, прекрасного педагога. Зато хорошо показали себя представители Санкт-Петербургской школы. Обладатель первой премии, баритон Борис Пинхасович, в прошлом году закончил Петербургскую консерваторию у Ирины Богачевой. Перед ним в финальном прослушивании, проходившем в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко, выходили конкурсанты, и мне казалось, что в зале неважная акустика – все звучали глухо, невыразительно. Но запел Борис, и сразу пошел яркий звук: стало ясно, что дело не в акустике, а во владении голосом. Думаю, у него прекрасные перспективы на будущее. Лауреатами второй премии стали сопрано Анастасия Кикоть, также студентка Богачевой, и Руслан Розыев, студент нашего Центра оперного пения. Он только что, в  последней премьере, спел Бориса Годунова в одноименной опере Мусоргского. До этого  — Мефистофеля, Гремина, короля Рене. Очень способный артист. Третью премию получили меццо-сопрано Юлия Мазурова и тенор Станислав Мостовой. Мы поощрили тенора Николая Ерохина – выпускника Московской консерватории — дав ему спецприз за лучшее исполнении русской арии. Ерохин – обладатель настоящего драматического тенора, но его, к сожалению, подвели вкус и музыкальность, что часто случается с молодыми певцами.

культура: Расскажите о Вашей системе преподавания.
Вишневская: В Центре двухлетний курс обучения, но иногда предлагаем остаться на третий год, чтобы дать студенту возможность еще больше раскрыться. Наши выпускники поют во многих театрах: в Большом  – Эльчин Азизов, Алексей Тихомиров, Сергей Плюснин, в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко – Мария Пахарь, в Новой Опере – Сергей Поляков, и так можно долго перечислять. Молодыми певцами Центра интересуются и на Западе, ежегодно мы устраиваем прослушивание, куда приезжают представители европейских театров и агентств. В прошлом году нас посетил Риккардо Мути и отобрал несколько человек для своего проекта в Римской Опере. Летом 2010 года солисты Центра успешно участвовали в «Борисе Годунове» в Валлонской королевской Опере в Льеже, а потом на фестивале в испанском городе Сантандере. Царя Бориса пел Руджеро Раймонди, а на остальные партии пригласили десять наших студентов. Это грандиозная возможность проявить себе. Мастер-классы, встречи с ведущими западными певцами у нас происходят постоянно, но особенность Центра в том, что со студентами постоянно работают штатные педагоги. Кроме меня это – Ирина Масленикова, Алла Белоусова, Владислав Верестников, Бадри Маисурадзе, Петр Глубокий, певцы с огромным сценическим опытом.

культура: К вам поступают выпускники вузов со всей России. Как Вы оцениваете сегодняшний уровень вокального образования?
Вишневская: Для того чтобы хорошо петь, совсем не обязательно учиться в Москве или в Петербурге. К нам приезжают из Новосибирска, Екатеринбурга, Воронежа, Саратова. И бывает, что поют они гораздо лучше, чем столичная молодежь. Но самое ужасное, что сейчас существует платное отделение. Я за то, чтобы педагоги получили большие зарплаты, но когда для этого набирают малоодаренных людей, получающих за деньги диплом, то это – преступление.  Я много раз была председателем  на Ярмарке певцов в Екатеринбурге. Бывает, выходит на сцену  артист и издает ужасные звуки. Что такое? Откуда? Он вообще не должен при людях открывать рот. Почему мы его слушаем? Беру его досье и вижу копию диплома о высшем образовании в какой-нибудь консерватории на платном отделении. Фактически, он купил себе этот диплом. Пускай его не возьмут ни в один оперный театр, но такой «певец» пойдет преподавать! Вот что ужасно.

культура: Что в творческих планах после конкурса?
Вишневская: Везем наш спектакль «Борис Годунов» в Севастополь. Это интересный проект, поскольку петь надо будет на плацу Михайловской батареи, под открытым небом. Гастроли пройдут в рамках международного фестиваля «Война и мир». В июне предстоит сотрудничество с группой молодых артистов из Лос-Анджелесской Академии молодых певцов, возглавляемой Пласидо Доминго. Состоятся совместные концерты и мастер-классы. Мы хорошо знакомы с Пласидо, вместе участвовали в постановке «Тоски» Пуччини в Вене. Теперь эстафету сотрудничества подхватывают наши воспитанники. Хочу подчеркнуть, что наша школа – уникальна, и по своей методике, и по возможностям, которые мы предоставляем студентам. Когда Доминго пришел к нам в Центр, он был поражен. Своя сцене, оркестровая яма – этого нет нигде. На Западе подобные школы ютятся в маленьких помещениях, у нас же – настоящий оперный театр, полностью предоставленный молодым певцам. Я часто говорю ребятам: «Пользуйтесь сценой, можете хоть ночью приходить и петь, чтобы почувствовать атмосферу зала, полет звука!»